Ознакомьтесь с нашей политикой обработки персональных данных
  • ↓
  • ↑
  • ⇑
 
Записи пользователя: black wind (список заголовков)
22:14 

black wind
из другой сказки...
Девочка, будь красавицей, умницей будь и солнышком. Чтоб о любовь пораниться, вылей себя до донышка да переполни нежностью сладкой и бесконечною. Все тут за сказку держатся про платьице подвенечное, так что давай без фокусов, не распугай их силою, расти гиацинт и крокусы и оставайся милою.

Девочка, слушай, славная, готовь и живи с отличием, помни, что ты не главная, свято блюди приличия, носи кружева и платьица и не ступай по лужицам - мальчикам надо нравиться, мальчиков надо слушаться, надо ходить на цыпочках и говорить вполголоса. В щёки вцепи улыбочку, вырасти косы-волосы, жди своего нелепого, смейся дурацким шуточкам. Девочка, выпей крепкого да отдохни минуточку.

Он никуда не денется, и ты не девайся, светлая: вставь палки в колёса мельницы да слезь с золотого вертела, не слушай их сказки старые, конец у которых вычернен, словами туши пожары и будь яркой, смешной и вычурной, и громкой, как какофония противу их вальсов праздничных. Я знаю, что ты на фоне их предстанешь отнюдь не пряничной, не беленькой и резиновой, не мягкою и манящею - не куколкой пластилиновой, а девочкой настоящею.

Таких здесь не любят, лунная. Таких здесь боятся до смерти. Посмейся в лицо безумно им и прочь из нелепой повести, где счастье так стоит дорого, как звёздочка с неба белого: не верь, что желают доброго - тут доброго сроду не было.

Беги, как бегут лунатики, не зная покоя сонного, - к поэзии, математике, лечению Паркинсона и дерись, как дерутся девочки, до крайнего и победного, ломай на пути все веточки, все стены вранья газетного, и верь в себя, словно в магию, и слушай себя, как музыку, все страхи сожги с бумагою, все рамочки эти узкие. Ты выдохнешь после финиша, ты выслушаешь их жалобы, но никого не примешь на собственной жизни палубу.
Ты маленькая, как облачко, ты тихонькая, как буря. Заткни рот тряпицей с полочки всем в этой не жившим шкуре. Всего, на что и надеяться боялась - бери и требуй.

Ты маленькая, как деревце, что кроной пробило небо.

(с) Джо

13:27 

black wind
из другой сказки...
Вечер развесил снова огни над городом,
Люди спешат домой через дождь и снег.
Город в глазах котов отливает холодом,
В каждом коте не выживет человек.

Где-то цветные монстры, раскинув щупальца,
Против миров огня восстают в поход,
Где-то от света феи вампиры щурятся,
Где-то – машины, люди, и снег идет.

Кот не ошибся миром, он здесь намеренно –
В прошлых вселенных тоже не «всё окей».
Хватит с него драконов и духов дерева,
Он бы теперь хотел посмотреть людей.

Кто-то бросает камнем и гонит с лавочки,
Кто-то бормочет: «всех бы вас придушить»
Кто-то последним супом накормит с баночки.
Кто-то же скажет: «Кот, давай вместе жить».

В теплой квартире, глядя на снег за окнами
Кот человеку пел про свои миры:
Там где планеты плоские, небо коконом
И десятиметровые комары…

А в параллельном мире лесов и магии,
Где-то в альтернативном кольце времен,
От принесения в жертву жрецами-нагами
Гнома вдруг неожиданно спас дракон.

Гном от смущения даже слегка ссутулился:
«Я бы без вас не справился никогда…»
«Помните в прошлой жизни, на темной улице,
Вы вдруг решили взять себе в дом кота?»

(С) Mori-Mori-Morik

11:49 

black wind
из другой сказки...
"Знаешь, бывает: вот небо — лужа, беды как будто сильней стократ. Жизнь — это партия в «Древний Ужас», ты в ней — фигурка, и ты — Лавкрафт. Там всё понятно — достал коробку, тайны разгадывай, монстров бей… В жизни же — страшно, тревожно, робко. Где б взять заклятье, помочь тебе?

Слушай.

Бывает — темны кварталы, люди не слышат себя самих. Зло открывает свои порталы, тянет с колоды за мифом миф. Станет улыбка оскалом тигра, карты кончаются — быть грозе...

… Но раз судьба затевает игры — значит, играй, и зови друзей.

Правила эти — древней настольных, старше богов и ясней, чем лёд. Если паршиво, уныло, больно — боль раздели, и она уйдет. Знаю, бывает темно и тухло — кто-то поможет, проснись и пой. Ты в одиночку не сладишь с Ктулху, но одолеешь его толпой.

Вот Азатота везут с инфарктом, бел Йог-Согота ужасный лик. Люди сильнее, чем артефакты, дружба важнее любых улик. Вместе — не страшно играть со страхом, мерить огромные города:

— Еду в Стамбул!
— Отправляюсь в Аркхэм!
— Весть из Шанхая — закрыл врата!
— Лондон, похоже, меня не любит…
— Люди, а сколько осталось тайн?

Вот моё сердце — игральный кубик.
Я доверяю тебе.
Кидай."

(c) Джек-с-фонарем

09:36 

black wind
из другой сказки...
"Лекарь — темный, сухой, как дерево под лучами,
Говорит, что дорога — недруг любой печали.
Капилляры мостов, просторы, дома, бурьяны
Станут лучшим лекарством юным, безумным, рьяным.

Опрокинет, проветрит, вытрясет все словечки,
Будешь мигом, пылинкой в свете огней по встречке,
Глупой песней с заправки, фото на полароид...
Правда, сможет помочь на месяц — потом накроет.

А тем более вас — израненных, бестолковых,
Сколько зелья не порти — толку-то никакого.
Ни один порошок не лечит ни мглы, ни горя...

Если только в твоей дороге не будет моря.

Море — тёплый витраж зелёного, голубого,
Накрывает и принимает тебя любого.
Погляди на прилив, смотри, как песок влажнеет -
У тебя никогда не будет вещей важнее

Погрузи своё сердце — полностью, без остатка,
Дай парить по солёной дали аэростатом,
Пусть наполнится до краёв безмятежной синью,
Чтобы волны в любой пустыне давали силы.

Это древний закон — без айсбергов, без пробоин:
Полюбивший море уносит его с собою,
До последнего рифа, блика, кита и краба,
Заполняя себя по капельке, как корабль.

... Покупаю билет, шагаю к нему спросонья,
Не жалею ему ни слов, ни вина, ни соли,
И гляжу, как тоска мерцает на дне глубоком,
Становясь лишь мальком,
ракушкой
куриным богом."

(c) Джек-с-фонарем

11:09 

black wind
из другой сказки...
"Не ты выбираешь дорогу, это она тебя выбирает из прочих всех.
Дорога – это простить себе все несделанное, каждый из неотвеченных. Это решить быть ответственным и прекрасным. Услышать то, что говорит мир.

Дорога – это когда ритм твоей походки тождествен ритму каждой из молитв.

Ты можешь отправиться к сиятельному в своем безмолвии северу, или к городам востока воплощенными звездочетами и мечтателями. Можешь направиться в горячо расцелованный солнцем юг, или идти по пяткам за разноцветными солнечными зайцами, что выпрыгивают из витражей храмов запада.

Что не выберешь – придешь, конечно, к самому себе.
Оказавшись правда, смелее, более загоревшим, целостным, как Вселенная или абрикос - под стать любимым героям книжек, с которыми вместе рос.

Равным каждому из чудес."

(c) Кит

01:16 

black wind
из другой сказки...
"каждый наступающий - будто первый - день лета.
летит тополиный пух.
я умею считать до двух.
(я умею считать до трёх,
но не будем сейчас об этом).

раз - год; два - год.
я набираю скиллы, теряю вес;
я умею жить где угодно и даже здесь;
я умею открывать рот;
я умею и вплавь, и вброд;
и в ноты, и мимо нот;
и вот...

...и вот такая пустошь, такая тишь.
Безвременье. Безгородье.

Ты учишь, и ходишь, и ешь, и спишь -
не одинок, не несчастен вроде.

Но раз - день, два - день.
На третий всплывет осечка.

Я пришел на порог, барабаню в дверь -
- Я назначал тебе встречу
помнишь?"

10:29 

black wind
из другой сказки...
"- Ну и что, - говорит, - я должна была думать о взрослых, если такое вокруг происходит? Ледники тают, киты выбрасываются на берег – а они телевизоры новые покупают. Думала, раз ты взрослый – стремись и делай, а не ной, голову опустив вниз.

Но их столько здесь, кто старается, понимаешь?
Старается создавать жизнь.

Такие с разными важными документами носят в сумке еще компас и яблоки – накормить заблудившегося и показать дорогу

Учат всевозможные языки: снов, пламени, цветов и птиц, чтобы уметь читать надписи на открытках, что присылает мир. А иначе – как поймешь, зачем туман и сквозь него проглядывают одуванчики, и это все на крыше 9 этажа.

Спасают людей от боли, не всегда даже для этого выписывая таблетки – прописывают солнце, согревают сердце. Боль в горле проходит через 10 минут, глаза загораются от счастья – через 12.

Они сны воплощают в фильмах, леговские конструкции – в архитектурных проектах, чувство нежности и любви – в переплетении пальцев, в умении среди всех звуков различать только стук сердец и шорох колец Сатурна. Потому что если кажется тебе, что нежность твоя, и твоя любовь – в разы больше тебя самого, значит еще не вырос сам, не воплотился, не стал – любовью и всем таким.

Они умеют делать облака из подручных средств, в перерыве успевая помыть посуду. Рисуют на стенах удивительные картины, обьясняют сложное так, что всем понятно. Тяжесть превращают в легкость одним касанием

Ребенок – видит чудеса во всех самых простых вещах.
Взрослый – занимается их созданием."

(c) Кит, не спи

07:10 

black wind
из другой сказки...
"Иешуа в двадцать первом веке похож на хиппи
В потертых джинсах и майке с каким-то принтом.
Весной так легко во что-нибудь влипнуть -
В жвачку на улице или в пинту
Выпитого вдвоем с Князем Мира пива.
Он в дорогом авто подъезжает всегда внезапно,
Приглашающе открывает дверцу - Иешуа с ним не спорит,
Садится и молча едет в какой-то бар. Говорят, приятный.
Говорят, там своим наливают в долг, заливают горе
И разбавляют пиво бульварным чтивом,
Стоящим на полках от самого входа до барной стойки.
Князь неизменно берет себе тёмное, белое для Иешуа -
Они в этом плане соответсвуют. Говорят, сонастройка.
Из-под стола уматывает домовой вместе с лешими,
Официант протирает стол, оставляет свечи.
Иешуа щурится на огонь, неспешно потягивает пиво,
Князь говорит о том, что время близко, днесь, у порога,
Время почти настало, готовь, мол, огниво,
Зажжем так, что будет гореть до пепла. До Бога.
На половине стакана становится резок и зол -
Иешуа все молчит и безмолвно молится "Пронеси".
Им по второму бокалу молча ставят на стол,
Первые они допивают залпом. "Отче, на Небеси еси..." -
Шепчет Иешуа тихо, и Князь обещает убить кого-нибудь на заре.
В баре тяжелый дым, и не видно слез.
Если заметит кто-то - скажешь, глаза слезятся, накурено черезчур.
...под утро они уходят, хозяин считает выпитое, идет вразнос,
Орет на кого-то - без толку, виновного не найти. Объявляется перекур.
Иешуа на пороге курит в рассвет и прячет тяжелый взгляд,
Князь у машины ждет, не считая времени.
Снова не вышло. Он, как и тысячи раз подряд,
Стоек - и к выпитому, и к бремени.
И остается опять не важным главное, что не сложить в слова -
Князю плевать на мир, ему нужен Иешуа,
Но тот беззаветно верен своим Небесам, безропотен как трава,
И вечно далёк в этой своей безгрешности."

(c) Jager Himmel

08:33 

black wind
из другой сказки...
"Голова хочет ясности, сердце - допить коньяк,
Руки тянутся не к бутылке - к карандашу,
И слова прорастают, как черная спорынья:
"Человек человеку - раскрывшийся парашют".
Расскажи мне о том, как Нева покрывалась льдом,
Как сплетаются солнце с ветром в твоей груди,
Как на выдохе резонирует нота "до"
Как порой человек человеку необходим,
Как бывает неважно, Гавана или Рязань,
Если рома и регги достаточно, чтобы жить.
Человек человеку - пронзительный взгляд в глаза,
За которыми к пропасти дети бегут во ржи.
Расскажи. Пусть твой голос объем обретет и цвет.
Идиомы - для идиотов. Слова - вода.
Видишь, прав был Рустем, человек человеку - свет,
Даже если сбоит электричество иногда."

(с) Кошка Че

13:46 

black wind
из другой сказки...
"Надевает рыжую блузку
Осень – лиса-андалузка –
Кастаньетами синими щёлкает,
Подставляет туману щёку.

И туман по щеке сползает
Серебром – дождями – слезами –
И солёная пыль осядет
На кленовой губной помаде.

Эти слёзы – только от ветра,
Осень курит туч сигареты
И берет украшает бантом
Из луны, листвы и заката.

Листопадный канкан ярится –
Осень ждёт ледяного принца,
Осень ждёт холодную зиму,
Ковыряя ногтями в гриме.

Лисью мордочку красит ярко,
Осень ждёт от зимы подарков
И танцует под шалью ветра,
Расточая листву-монеты.

Каблуками терзая – слякоть,
Осень будет от смеха плакать,
И в глазах – золотых колодцах –
Расцветает алое солнце.

Разметали чёрные плети
Ветви – дымом от сигареты –
И кружит под вой патефона
Осень огненной Персефоной.

Холодеют её покровы,
Замедляются реки крови –
Скоро, скоро в чёрной карете
За ней принц ледяной приедет."

(c) Daniel

17:10 

black wind
из другой сказки...
"Море в высокой кружке волной шумит, бьется в фарфор у кромки горячий чай.
Мир-то - по-детски крохотный. Тесный мир. Высшее благо - это не замечать.

Годы подряд, суда запуская в док, камни сгоняя с черных отвесных скал, ветер, как кость, обсасывал старый дом, жмущийся к стенам белого маяка. Местный смотритель - стреляный воробей, но иногда ругнется в кулак в сердцах - дочки глаза под пленкой молочных бельм карие, как у матери и отца. Как она ходит, как отпирает дверь - тянет проточной влагой зрачок промыть.

Шерсть у морских барашков взлетает вверх. Лодка идет за сабельно-тонкий мыс.

Потом-песком просоленным берегам время согласно пару веков скостить. Солнце легко целует ее загар, звуков морскую гальку зажав в горсти: греющий диск - расплывчатое пятно, разгоряченный воздух, далекий лес.

Карий маяк глядит в грозовую ночь.
Все моряки приветствуют этот блеск."

(c) Михайлина

12:45 

black wind
из другой сказки...
"Говорят мама с бабушкой: Ю, не броди в саду, не лови по ночам очищающий лунный свет.
Ты накличешь беду. Непременно, найдешь беду! Наведешь всех матаги* на наш позабытый след.
С твоей статью и личиком будет достойный муж, с твоим голосом ты не найдешь неуместных слов.
Ты не будешь ходить в смоляную лесную глушь и зализывать след от собачьих кривых клыков.
Говорят мама с бабушкой: Ю, опасайся кур - в их зрачках отражается верная суть вещей.
Они видят сквозь морок и помнят расцветку шкур. Помнят, как мы любили их кости и хруст хрящей.

А с твоими ладонями - делать цветочный чай. А с твоими плечами - потупливать скромно взор.

Не броди по садам, не подманивай птичьих стай. Каждый зверь нас узнает, едва подойдя в упор.
Говорят мама с бабушкой: нынче подходит срок. Надевай кимоно, дожидайся исхода дня.
Тот мальчишка упрямо являлся на наш порог. И за это упрямство ему отдадим тебя.
Для твоих хрупких стоп только тёплый вишнёвый пол. Да с твоей нежной грудью - выкармливать дочерей.
Мы накроем на стол. Мы его позовем за стол. Ты подашь ему сладкий, как мёд, молодой кипрей.

Говорят.

Мир дробится на запахи, вкус и звук.

Говорят.

И на шее дыбятся волоски:

Не показывай глаз, не сутулься, не пачкай рук. Отвергай свою душу, пока не умрешь с тоски.

По безлюдной дороге. Ладони её в крови. Ю бежит через реку, вцепившись в куриный бок.
Теплота мягких перьев дурманит - вгрызайся, рви! Ю смеётся: ну, старые, кто же из нас не смог?
Ю вдыхает весь мир. Ю грозится ему: держись! Распрямляется в весь умилительно малый рост.
Ю уходит в леса, забывает людскую жизнь. Из-под шелка подола виднеется рыжий хвост."

*Японская каста охотников.

Кайлиана Фей-Бранч

15:34 

black wind
из другой сказки...
"У кота внутри теплота.
У кота внутри доброта.
У кота внутри полнота.
Я один снаружи кота.
У кота внутри красота.
У кота внутри теснота.
У кота внутри густота.
Я грущу снаружи кота.
Наступил тревожащий год.
Я гляжу вперёд, словно крот.
"Что же там, вдали, меня ждёт?"
"Мяу! Мур!" - ответил мне кот.
У меня внутри пустота.
У меня внутри темнота.
У меня внутри чернота.
Я хочу попасть внутрь кота."

(c) Александр Дельфинов

07:50 

black wind
из другой сказки...
"Приезжай в другой город, попробуй на ощупь снег —
и найди мир большим, удивительно разным зимним.
Сколько новых эмоций может дать человек —
человеку другому, мечтающему быть сильным,
что появится свет — от улыбок живых и быстрых,
и слова, что когда-то копились и, вот, сбежали.
Снег окажется теплым, каким-то кристально чистым,
как и все, и всё, что вообще тебя окружает.
И как будто нет больше тайны, стальной завесы,
и не нужно стоять ежечасно у слов на страже,
человек возвращается в город ночным экспрессом,
улыбаясь чему-то, отличному от пейзажа."

(c) Marisa Delore

09:36 

black wind
из другой сказки...
странно, но ничо так

"Чем старше – тем к себе строже.
Пьешь кефир, сочиняешь план.
Уже знаешь – никто не поможет,
Уже все привык делать сам.
Да, все же веришь в чудо –
Просто учишься жить без него.
Таблетками лечишь простуду,
И всем говоришь «все равно».
Все равно – это мантра и клятва;
Оборона. Или сразу конец.
Элегантный уход от драмы,
Неполезной отнюдь для сердец.
У тебя есть зверь – опыт.
И мечта – что на черный день.
Вот еще бы знать кто ты,
Но и спрашивать стало лень…
Ты теперь составляешь планы,
Рассуждаешь всегда с ленцой.
Не боишься жизни расплаты,
Потому что уже не впервой.
Но в глазах - пляшут звезды,
Не боясь потонуть во мгле.
Мы играем всеми во взрослых,
Оставаясь ребенком в душе."

© Милена Вереск

14:48 

black wind
из другой сказки...
"В одном серебристом месяце, таком же, как все одиннадцать,
Всё так же звенят будильники в наш самый сонливый час.
За дверью ковром заснеженным всё тот же маршрут раскинется,
И время стрелой насмешливой всё так же подгонит нас.
А город, совсем отбеленный, с трудом узнается в отблеске
Цветных новогодних лампочек, что тянутся вдоль витрин.
Повсюду на стеклах - надписи, мол, чудо огромным облаком
Продастся кредитной карточке, как сыр или мандарин.
Но в том серебристом месяце, таком же, как все одиннадцать,
Волшебник - лишь тот, кто радости весь год доставал с небес.
Мы все в магазины ринемся, едва Новый Год приблизится,
Забыв, что подарок, в общем-то, лишь точка в строке чудес."

(с) Deacon

10:56 

black wind
из другой сказки...
"В одном безымянном городе, на карте никем не найденном,
Осталось всего два жителя, счастливей которых нет.
Их утро, во всём похожее на наши чаи да радио,
Имеет одно отличие — с улыбкой встречать рассвет.
Их дни протекают в офисах, в таких же, как наши Аргусы*,
Что носят на крышах облако, как важный барон — парик.
Разнятся дела от «срочного» до сонной поливки кактусов,
И так же, как нам, им хочется сбежать от всего на миг.
Но вечером, в пледе сумерек и в теплых родных объятиях,
Они забывают горечи, лишь в кофе добавлен ром.
Тревоги уходят в прошлое, и тает усталость в пряностях,
И все мировые ценности свелись до «побыть вдвоем».
----
И всё же одно условие поставлено этим городом:
Исполнишь — бояться нечего, достигнешь любых вершин.
Но если однажды вечером один не вернется в комнату,
Второй остается пленником бездушных немых руин."

(с) Deacon

*Аргус — в древнегреческой мифологии многоглазый великан

08:01 

black wind
из другой сказки...
"...мы будем счастливы. И тогда
О нас не сложат уже ни стихов, ни песен,
Не снимут фильмов.
Наши истрепанные имена
Оставят в покое
И даже, может быть - только представь! -
Забудут.
Счастливый, наш путь будет не интересен
Ни тем, ни этим.

Мы поселимся на окраине городка,
Чье название можно найти на карте
Раз пять или шесть.]Мы поселимся на окраине городка,
Чье название можно найти на карте
Раз пять или шесть.
Заведем собаку.
Поздним вечером будем с тобой
Выбираться на прогулки, долгие -
Пока не устанут ноги.
Нас будет вяло манить дорога
И, кто знает, может быть и уедем
Однажды утром, не прихватив вещей,
Собаку, с запиской, оставив большой семье -
Ближайшим своим соседям.

Исколесим страну,
Останавливая машину, просто
Потому что такой красивый закат,
Птица на дереве.
Ты будешь так впечатлен
Большим каньоном!
А я - окажусь
Неравнодушен к современной архитектуре.

Прошлая жизнь, война,
Страдания - останутся позади
И подернутся мутной дымкой,
Словно мы их придумали,
Сидя одним скучным вечером на балконе,
Когда я курил безбожно четвертую сигарету,
А ты отпивал свой чай большими глотками.

Всё это - случится с нами,
Когда мы оба не будем ещё готовы,
В самом разгаре боя,
Вдруг опустив оружие,
Очень просто.

Мы - будем счастливы.
Я тебе обещаю.
Сложи вчетверо, аккуратно,
Это письмо.
Храни за пазухой..."

(c) TylerAsDurden

14:43 

black wind
из другой сказки...
"Я буду любить тебя, пока не угаснет лето.
Все эти десять последних, тягучих дней.
Легко целовать ожоги от жарких рассветов,
на сердце твоем,
под взглядом ночных фонарей.
Я буду любить тебя, пока не угаснет лето.
И где-то, твой город заплачет соленой водой.
Мы будем курить одну на двоих сигарету.
До первого ветра, до первых осенних зорь.
Мы будем нырять в /пока еще/ теплое море,
и море нас будет смывать со всех берегов.
Под шорохи волн и тихую песню прибоя,
узорами ног испещряя горячий песок,
мы будем идти, смелее, безумней прочих,
/ты рыжие косы небрежно завяжешь в хвост/.
И будут костром пропахшие лунные ночи.
Бессонные ночи, полные ярких звезд.
Я буду любить тебя, как ни одну другую.
Как никого на свете еще не любил.
И алым клеймами будут гореть поцелуи.
И к черту все бросить просто не хватит сил.
Я буду любить тебя, пока не угаснет лето.
Не потускнеет солнце, не отгорит заря.
И каждым рассветом, ответом, билетом
на утренний поезд,
расплачиваться за тебя.
Потом будет осень, конечно же, будет осень.
Волшебные сны завершаются к сентябрю.
Их море уносит, огромное море уносит,
на палубу к белому, бумажному кораблю.
Я буду хранить тебя, как самую светлую память,
как самое синее небо, как самый чистый песок.
Прибрежной ракушкой, случайно забытой в кармане,
хранящей в себе хор русалочьих голосов.
Тату на запястье, бледнеющим шрамом,
и камешком круглым, оглаженным волной,
я буду с тобой, под сердцем зияющей раной.
И рано еще, и все-таки скоро домой.
Не нужно сомнений, печали, не нужно горя.
Иди, луч рассветный вплетая в косы.
Всё будет еще: и пляж, и песок, и море.
И тот, кто с тобой поприветствует осень."

(с) Джио

14:23 

black wind
из другой сказки...
"У меня в винтовке один патрон, мерзнут руки и зябнут плечи,
Я смотрю сквозь прицел, как ты идешь к метро,
И внутри замыкается бесконечность.

Эту спину я знаю не хуже, чем все свои десять пальцев
Это осень. Время бросать привычки
Или вконец сдаваться.

Это время не видеть снов, только скалиться и сердиться.
Я, считая, пью звуки твоих шагов,
И никак не могу напиться.

Я смотрю на тебя сквозь прицел, дождь за воротом, стынет вечер.
Поднимаешь глаза, улыбаешься.
Замыкается
бесконечность."

(c) Lawrence L.

.сау.

главная